искать
Дискуссия профессионалов 

Современные гидрогеологические исследования: смотрим в одну точку, к соседу не заглядываем

Авторы
Дьяченко ЛюдмилаСпециальный корреспондент

Тридцать лет в Ростове-на-Дону никто толком не следит за уровнем подземных вод и не знает, на какой они глубине и откуда поступают. В других городах России такая же ситуация, за редким исключением, где сохранились остатки ТИСИЗов.

Почему сложилась такая ситуация? Кому и зачем нужна или не нужна общая картина подземных процессов? Почему ранее наблюдения велись, а теперь нет? Эти вопросы и легли в основу встреч корреспондента «ГеоИнфо» с экспертами.

Мы не можем утверждать, что на конкретных объектах, упомянутых в статье, есть все указанные проблемы, потому что тема гидрогеологии, как и тема экологии, часто является одним из инструментов противников застройки конкретных территорий. Но все же информация о гидрогеологических исследованиях по всей стране носит закрытый и часто недостаточно информативный характер. И это факт.

 

 

Наскок на природу

Отсутствие масштабных наблюдений и судьба новых объектов будоражит сейчас ростовскую общественность, потому что заинтересованные лица лоббируют застройку поймы реки Дон, левого берега. Город стоит на высоком правом, и на левом, затапливаемом, никогда ничего не было, кроме ресторанов и баз отдыха.

Первым серьезным вторжением в природу, которая живет по своим законам и пока еще не ответила на человеческий наскок, стало возведение стадиона «Ростов-Арена» к чемпионату мира по футболу 2018 года. Под него было намыто порядка 1,5 миллиона кубов песка, сообщил в интервью порталу «161 ру» архитектор, директор «Южного градостроительного центра» Сергей Трухачев. Песочная масса перегородила грунтовые воды, и где они выйдут, неизвестно.

Теперь застройщики хотят сделать второй заход в пойму и на площади 27 гектаров поставить несколько жилых 25-этажек, что предполагает намыв примерно такого же объема песка, как под стадионом. Специалистов никто не слышит. «От процессов городского управления инженеры, архитекторы, градостроители отстранены, а если присутствуют, то играют подчиненную роль», – отметил Трухачев.

В 80-е годы, по его словам, существовала система мониторинга состояния гидрогеологического режима поймы и геологической ситуации по всему городу. Сейчас системное наблюдение за природой не ведется, инженерная школа разваливается, инженерные знания деградируют. В настоящее время подготовку кадров для региона в области инженерно-геологических изысканий проводит только одна кафедра общей и инженерной геологии ЮФУ. Из-за этого люди начинают обращаться с природными процессами легко и непринужденно. В 1994 году весь левый берег Дона был затоплен, и это может повториться в любой момент.

«О существовании в настоящее время системы мониторинга состояния геологической среды, включая подземные воды, в пределах территории города Ростова-на-Дону мне не известно», – подтвердил доцент кафедры общей и инженерной геологии Южного федерального университета, кандидат геолого-минералогических наук. Василий Волков.

«В 2001 году я рецензировал отчет «Комплексный геоэкологический мониторинг на территории Ростова-на-Дону в 1995-2001 годах». Вероятно, это последняя обобщающая работа. Вообще, организация системы мониторинга на территории города находится в компетенции властных структур», – добавил эксперт.

Он также отметил, что технически размещать жилой микрорайон в пойме Дона можно, существуют примеры строительства и в более сложных природных условиях, в том числе на подтопляемых и затопляемых территориях. Нужно лишь учесть все негативные явления, которые могут повлиять на здания в период их строительства и эксплуатации, минимизировать последствия воздействия инженерных сооружений на окружающую природную среду.

 

Исчезнувшие скважины

В советские времена существовал централизованный сбор и обработка информации по изысканиям, рассказал основатель компании «ДАТУМ Групп» Сергей Замиховский.

За геодезию и картографию отвечало Главное управление геодезии и картографии (ГУГК) с 20 предприятиями по всей стране. За изыскания были ответственны ТИСИЗы (трест инженерных изысканий в строительстве), которые подчинялись Минстрою. Карты требовались для территориального управления, изыскания – для строительства объектов. В рамках изысканий выполнялись масштабные топосъемки от 200 до 1000 сантиметров, чаще всего 500, и геологические изыскания – бурение.

Сейчас кадастровые функции отданы Росреестру, картографией и изысканиями занимаются частные компании. Есть идея на федеральном уровне объединить Росреестр с Роскартографией и федеральным БТИ. Но насколько эти перестановки изменят общую ситуацию со сбором инженерной информации, трудно сказать.

«Государство должно защищать общественные интересы, но сейчас никто не думает, как тот или иной объект повлияет на изменение окружающей среды», – поделился размышлениями Замиховский.

До 1991 года в Ростове-на-Дону было 57 скважин, пьезометров, которые позволяли следить за уровнем подземных вод. «Где они, никто не знает», – сказал собеседник.

«Скважины для мониторинга уровня и химсостава грунтовых вод были обустроены ТИСИЗом в 80-е годы. Сейчас они разрушены, засыпаны, и все наши попытки разыскать их и восстановить успехами не увенчались», – уточнила Надежда Хансиварова, завкафедрой общей и инженерной геологии ЮФУ, директор филиала «АИИС-Ростов-на-Дону» – Ассоциации «Инженерные изыскания в строительстве».

С точки зрения Замиховского, эти скважины необходимо восстановить, и сейчас готовится такое предложение от общественности и депутатов в региональные и муниципальные органы исполнительной власти. Технически теперь проще собирать информацию, чем раньше, потому что появились цифровые технологии.

«Знать уровень недостаточно, нужно понимать, откуда вода», – подчеркнула Ирина Черкашина, директор Ростовской региональной общественной организации социально-экологического проектирования и защиты прав граждан на здоровую окружающую среду «Экоправо». А еще необходимо понимать взаимосвязь почвы, воды, воздуха, растений, как все взаимодействует, взаимовлияет, взаимоизменяется.

 

Полевые исследования

Ирина Черкашина пришла в оценку окружающей среды с самого начала, в 1975 году, занималась исследованием растений и почв. В университетах страны тогда начали открываться кафедры экологии, появилась математическая модель Азовского моря.

Давняя проблема – снос большого количества почвы водой в реку с территорий, не покрытых растительностью. Чтобы уменьшить половодье в 60-е годы вокруг Ростова было высажено большое количество деревьев на левом берегу Дона, на Зеленом острове, в Кумже. «Деревья – хорошие насосы, они понижали уровень грунтовых вод», – пояснила Черкашина.

Ныне зеленые массивы в городе вырубаются и раздаются под застройку. Исчезла роща на левом берегу, там стадион «Ростов-Арена» и парк «Левобережный» – пространство, вымощенное плиткой, с редкими чахлыми деревьями.

До развала СССР водным хозяйством занимались гипроводхозы. За состоянием почвенного и растительного покрова в Ростовской области следил Новочеркасский институт мелиорации, за растениями – Южгипрозем. Каждое лето с апреля полевые группы выходили на место и составляли карты воды, почв, растений.

В начале нулевых все институты стали расформировываться. Дольше всех держалась Южгеология, и та распалась на отдельные коммерческие лаборатории. Мужчины-полевики были отправлены на переобучение в школу милиции. Часть функций забрали себе санэпидстанции.

Нужны ли сейчас полевые исследования, когда появилась космическая съемка? По мнению Черкашиной, со спутника можно получить только общую картину, а если есть локальные загрязнения, необходим человек, который сориентируется на месте и сопоставит разные данные.

Современные молодые специалисты даже не умеют работать на местности, и практику им негде проходить. Например, из 20 гидропостов метеослужбы в городе осталось лишь два, и они не дают полной информации.

Конечно, для каждого строящегося объекта сейчас должна быть оформлена документация по проведенным инженерно-геологическим изысканиям как предпроектным, которые подтверждают правильность выбранного для строительства участка, так и в проектной документации должны быть главы ОВОС (оценка воздействия на окружающую среду) строящегося объекта и глава с перечнем мероприятий по охране окружающей среды от негативного воздействия), но к этим главам проектировщики относятся очень формально, потому-то и рушится соседнее историческое здание, когда рядом вбиваются сваи под новую многоэтажку.

 

Общественные интересы

О том, что тридцать лет за грунтовыми водами никто не наблюдает, знают немногие – специалисты и представители власти. Весьма показательной стала реакция пользователей соцсетей на пост корреспондента «ГеоИнфо» следующего содержания: «С 1991 года в Ростове никто не следит за уровнем грунтовых вод».

Комментарии «ВКонтакте» оказались настолько агрессивными, что пост, в конце концов, пришлось удалить. Автора обвинили во лжи и хайпе.

Пользователей «Фейсбуке» аналогичный пост тоже не оставил равнодушными. Представители строительной сферы недоумевали, мол, изыскания-то есть, и они обязательны. Не все строители знают или хотя бы задумываются, что исследования точечные и проводятся не в целях безопасности объекта, а лишь бы пройти строительную экспертизу. Заказчику как правило дают статичную, формальную, информацию, только о том, что происходит в данной точке в данный момент времени.

«Моя компания ведет проектную деятельность, – прокомментировал Дмитрий Величко, директор ООО «Вел Инжиниринг». – Изыскания, как правило, отдаем на подряд. Под каждое новое здание проводятся геологические изыскания, в рамках которых определяется текущее состояние грунтов. Исходя из этих данных определяется тип и прочностные характеристики для фундаментов строящихся и реконструируемых зданий, а также выбираются мероприятия по укреплению грунтов. Более углубленные комментарии по геологическим процессам и мониторингу, конечно, вам могут дать только специалисты по изысканиям».

По словам Сергея Замиховского, масштабные наблюдения за окружающей средой – это ближе к науке и затратно, и потому они могут быть организованы и восстановлены только на уровне государства. Бизнесу нужно передавать сферы, где понятно, когда окупятся инвестиции, пусть и в долгосрочной перспективе. Например, создание скважин и сбор информации об уровне грунтовых вод могут быть интересны бизнесу.

«Основная проблема сейчас, что строители осваивают средства, а не строят для людей», – констатировала Ирина Черкашина.

«В отрасли царит развал и хаос, – продолжила Надежда Хансиварова. – Нужны принципиально новые подходы к формированию стоимости, выполнению проектов, взаимоотношениям заказчик-исполнитель. Сейчас заказчик не может привлечь проектные и изыскательские организации, которым доверяет, которые могут сделать качественно и за нормальные деньги. Партнеров выбирают самых дешевых, вписавшихся в условия тендеров».

 

Фонд геоинформации

Что можно сделать прямо сейчас для изменения ситуации? По словам собеседников, быстром и не затратным вариантом будет, например, создание геофонда. В его создании готовы принять участие сотрудники ЮФУ, а также некоторые организации - члены регионального филиала Всесоюзного объединения работодателей Ассоциации «Инженерные изыскания в строительстве», которые накопили много материала.

Необходимо также обязать предпринимателей сдавать в него бесплатно все свои результаты изысканий, а мотивация для них – возможность получить информацию бесплатно. Кому-то уже не придется тратиться на сбор сведений, если там уже были проведены работы. Правда, тут снова встанет вопрос об авторских правах, ведь данные изысканий фактически принадлежат заказчикам, а не изыскателям. Но это, наверное, решаемая проблема.

Идея с бесплатным доступом и открытостью изыскательской информации, без сомнения, кому-то понравится, а кому-то и нет. Вряд ли - крупным иногородним застройщикам, которые ставят 25-этажные жилые башни где попало и не хотят рассказывать, как они проверяли и укрепляли грунты. Наверное, думают, что, когда дома начнут расползаться, их компания уже будет закрыта, а ситуацию будут расхлебывать жители.

Между прочим, уровень грунтовых вод, за которыми давно никто не следит, по словам Замиховского, поднялся в некоторых местах за последние десятилетия на 25 метров. Это значит, что где-то воду нагрузили, и она переместилась. Вот эту-то общую картину никто не видит и не понимает.

Наверное, можно предположить, что представители госструктур, позволяющие строить, как заблагорассудится, надеются победить природу и заставить подземные паводковые воды и реку Дон течь, куда и как им хочется. «Я плохо отношусь к такой идее, – ответила Надежда Хансиварова. – Победить природу невозможно, и этому есть огромное количество доказательств, с ней надо только сосуществовать».

Интересную версию происходящего высказала Ирина Черкашина. Может быть, сейчас специально строят дома, которые не простоят 100 лет и через 20-30 начнут разваливаться? Классно же, расчистить участок, продать и снова извлечь прибыль из проданных квартир. Вполне вероятно, что отдельные бизнесмены, живущие сиюминутной выгодой, были бы и не против такого подхода.

 

 

Отправить сообщение, заявку, вопрос

Отправить заявку на посещение мероприятия

Отправить заявку на участие как экспонент

Запросить консультацию специалистов по данному техническому решению